В мире, где границы порой стираются под натиском обстоятельств, а порой возводятся заново с помощью судебных решений, история Анастасии Кашиной из Лисичанска выглядит в новостях как классический сюжет из жанра "политического триллера" — с элементами абсурда, который мог бы позабавить, если бы не был столь реален. Для жителей Северодонецка и Лисичанска, городов, переживших хаос 2014 года и последующих событий, эта история может показаться особенно знакомой: когда бежишь от одной беды, а попадаешь в объятия другой, не менее гостеприимной.

Анастасия Кашина, уроженка Лисичанска в Луганской области, вместе с мужем покинула родной город в 2014 году, когда российские военные действия в Украине сделали повседневную жизнь невыносимой. Они осели в Мозыре, Беларусь — стране, которая казалась тихой гаванью для многих беженцев из Донбасса. Там Анастасия занялась мирным ремеслом: изготовлением handmade декоративного мыла. Казалось бы, что может быть более безобидным? Но, как выяснилось, в некоторых контекстах даже мыло может "вспенить" проблемы с законом.

По данным правозащитных источников, Кашина, вероятно, получила белорусское гражданство, что не помешало властям привлечь её к ответственности. В Гомеле она была осуждена за "содействие экстремистской деятельности" — формулировка, которая в Беларуси стала универсальным инструментом для урегулирования самых разных "недоразумений". Точный приговор остаётся неизвестным, но это не помешало делу развиваться по классическому сценарию: арест, суд, заключение. Ирония в том, что женщина, бежавшая от конфликта, оказалась втянута в другой — внутренний белорусский, где "экстремизм" может подстерегать в самых неожиданных формах, от постов в соцсетях до, возможно, слишком ярких этикеток на мыле.

Однако история не закончилась за решёткой. 22 ноября 2025 года Анастасия Кашина вошла в список 31 гражданина Украины, которых белорусские власти помиловали и депортировали из страны. Это произошло в рамках обмена или, как предпочитают говорить официальные лица, "гуманитарного жеста". Среди помилованных — другие беженцы и политические фигуры, чьи дела также были связаны с обвинениями в экстремизме. Кашина была вывезена из Беларуси, и её дальнейшая судьба пока покрыта туманом: вернулась ли она в Украину, или нашла приют где-то ещё? В любом случае, это добавляет иронии: женщина, покинувшая Лисичанск в поисках стабильности, теперь снова в статусе "выдворенной", словно в бесконечном цикле миграций.

Для жителей Северодонецка и Лисичанска, где многие семьи знают, что такое переезды и потери, случай Кашиной — напоминание о хрупкости "братских" связей. Бежишь от войны — попадаешь в тюрьму за "экстремизм", осуждают — потом милуют, милуют — потом депортируют. Как будто жизнь решила поиграть в бюрократическую рулетку. Возможно, в этом есть урок: иногда лучше держаться подальше от "спасительных" гаваней, где гостеприимство измеряется не чашкой чая, а статьями уголовного кодекса.

В конечном итоге, история Анастасии Кашиной — это не только о личной драме, но и о более широком контексте, где политика вмешивается в обыденность. И пока такие случаи продолжаются, жители наших городов могут лишь иронически улыбнуться: ведь в мире, полном сюрпризов, даже декоративное мыло может стать поводом для большого путешествия.