Заявление Клишаса «военные законы останутся» даже после окончания СВО.
Sevlis новости 06.04.2026
Недавно председатель комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Андрей Клишас дал интервью РБК и, отвечая на вопрос об отмене ограничений, введённых «в связи с требованиями военного времени», сказал то, что многие уже восприняли как приговор: «Все возможно, если они потеряют свою актуальность». А дальше — классический сенаторский реверанс: «Может быть, какая-то норма будет признана полезной, и она будет действовать годы, а что-то, может быть, действительно уйдёт из законодательства очень быстро».
Звучит в новостях России почти утешительно. «Временные меры вводятся навсегда». Только здесь это не шутка, а официальная позиция одного из главных архитекторов российского законодательства. Что именно имел в виду Клишас, почему «военные законы» не отменят разом после завершения СВО и как это отразится на каждом из нас — обычных жителях России, которые уже четыре года живут в режиме «всё для фронта, всё для победы».
Почему «временное» не собираются отменять?
Потому что эти законы изначально не были «временными» в юридическом смысле. Никто не прописывал в них статью «действует до подписания акта о капитуляции Украины». Это были точечные поправки в Уголовный кодекс, в законы об иноагентах, о СМИ, о мобилизации и о госслужбе. Их приняли в марте 2022-го и позже, объясняя «специальной военной операцией». Но по форме — это обычные федеральные законы, которые живут до тех пор, пока их не отменит Госдума.
Клишас честно (ну, почти) признаёт: решение будет приниматься по принципу «полезно — оставляем». А кто определяет полезность? Тот же парламент, та же администрация, те же силовики. Получается классический российский парадокс: война может закончиться, а «защита от фейков» — нет. Потому что фейки, оказывается, бывают не только про СВО, но и про всё остальное, что власти решат считать чувствительным.
Это не заговор, это просто бюрократическая логика. За четыре года аппарат привык работать в режиме жёсткого контроля. Отменять — значит признавать, что раньше переборщили. А кто же признается?
Какие именно законы «военного времени» имеют все шансы остаться.
Вот конкретный список того, что чаще всего называют «законами военного времени» и что Клишас косвенно имел в виду:
- Статьи 207.3 и 280.3 УК РФ — «фейки» и «дискредитация» Вооружённых сил. Введены в марте 2022-го. До 15 лет лишения свободы за «заведомо ложную информацию». Даже если завтра СВО официально завершится победой, эти статьи никуда не денутся. Армия останется, её репутация — тоже. А значит, любой неудобный разговор про мобилизацию, про потери, про контракты или про «СВОшные» реформы можно будет квалифицировать как дискредитацию.
- Запреты для иноагентов. Полный пакет: нельзя заниматься просветительской деятельностью, получать гранты от государства и муниципалитетов, работать в госорганах и госкорпорациях, размещать рекламу. Реестр иноагентов уже превратился в вечный инструмент. Клишас не сказал, что его распустят. Значит, он остаётся.
- Мобилизационные послабления для осуждённых. Закон, позволяющий заключённым (и даже тем, кто ещё под следствием) заключать контракт с Минобороны и получать амнистию. Это не просто гуманизм — это инструмент комплектования армии. В мирное время он может превратиться в постоянный «социальный лифт» для определённой категории граждан. Полезно же для обороны?
- Дополнительные ограничения на информацию и интернет. Штрафы за использование VPN при доступе к «экстремистскому» контенту, ужесточение правил распространения информации, контроль за сим-картами, запрет на определённые темы в кино и театре под предлогом «традиционных ценностей». Всё это выросло на почве 2022 года и теперь спокойно может жить своей жизнью.
Клишас прямо говорит: некоторые нормы «будут действовать годы». Перевод с сенаторского: не ждите большой амнистии для свободы слова.
Как это ударит по конституционным правам?
Конституция РФ (статья 29) гарантирует свободу мысли, слова, массовой информации и право искать, получать и распространять информацию. Статья 55 часть 3 позволяет ограничивать права федеральным законом «в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».
Обратите внимание на формулировку: «обеспечения обороны страны». Не «во время войны», а вообще. То есть даже в мирное время можно ссылаться на оборону. И именно на это, судя по всему, будут опираться после СВО.
На практике это означает:
- Свобода слова останется урезанной. Критиковать армию, военные расходы или последствия СВО будет по-прежнему рискованно. Не потому что идёт война, а потому что «армия — это святое».
- Свобода информации — под постоянным колпаком Роскомнадзора. Блокировка сайтов, самоцензура СМИ и блогеров никуда не денется. «Победа» не отменит административную практику.
- Право на собрания (ст. 31) уже сейчас ограничено. После СВО митинги по «чувствительным» темам будут разгонять не по военным, а по обычным административным статьям.
- Права иноагентов и «неблагонадёжных» превратятся в постоянный статус второй категории граждан. Это уже не временная мера, а новая норма.
Формально Конституция не отменяется. Просто её нормы толкуют всё шире и шире в пользу «государственных интересов». Классика жанра.
Сохранится ли цензура в СМИ и интернете после «победы»?
Да. И вот почему.
Военная цензура в полном смысле слова (по закону о военном положении) у нас не вводилась повсеместно — только отдельные элементы в приграничных регионах. Но реальная цензура работала через уголовные статьи о фейках и дискредитации. Эти статьи не привязаны к режиму военного положения. Они — часть Уголовного кодекса. Их отмена потребует отдельного голосования в Госдуме. А Госдума, судя по всему, не горит желанием.
Роскомнадзор уже четыре года прекрасно справляется без формального военного положения. Блокирует, требует, штрафует. После СВО у него просто появится новая формулировка: «защита суверенитета в условиях гибридных угроз». И всё.
Самоцензура редакций и блогеров тоже никуда не денется. Когда за одно неосторожное слово можно получить реальный срок, люди привыкают молчать. Это не временный рефлекс — это уже культура.
Будет ли ограничена свобода слова даже после победы в СВО?
Будет. И Клишас нам это мягко, но чётко дал понять.
«Победа» в современном российском понимании — это не только прекращение боевых действий. Это ещё и сохранение «обороноспособности общества». А обороноспособность, по версии властей, требует контроля над информацией. Поэтому свобода слова вернётся в усечённом виде: можно хвалить, можно молчать, а вот критиковать — только в очень узких, заранее согласованных рамках.
Представьте картину: салют по случаю официального окончания СВО, фейерверки, речи о великой победе. А в это же время где-то в районном суде рассматривают дело очередного блогера, который в 2027 году написал «не то» про военную реформу. И судья спокойно цитирует всё ту же статью 280.3, потому что она «полезная» и «актуальная».
Это не апокалипсис. Это просто новая нормальность, которую нам аккуратно готовят. Как говорил один известный персонаж: «Мы не меняем правила, мы меняем их толкование».
Как это изменит повседневную жизнь обычного гражданина?
Не ждите танков на улицах и комендантского часа. Всё будет гораздо тише и привычнее — как новый налог или обновление приложения Госуслуг.
- Слово и информация. Самоцензура в соцсетях и чатах уже стала нормой. Если статьи 207.3 и 280.3 признают «полезными» (а они очень удобны для борьбы с «нежелательными нарративами»), то любой пост про армию или СВО будет рискованным. Не потому что цензура, а потому что «защита интересов государства». Ирония в том, что даже после «окончания» конфликта критика может остаться «дискредитацией» — если власть так решит.
- Работа и карьера. Иноагенты уже не могут на госслужбу. Если закон об иноагентах «приживётся», то список «нежелательных» профессий может незаметно расшириться.
- Мобилизационная рутина. Электронные повестки, реестр, возможные ограничения на выезд для военнообязанных — это уже не «на время СВО», это инфраструктура. Как ЕГРН или налоговый мониторинг: раз ввели, то навсегда.
- Повседневный быт. Пока никаких новых запретов на поездки за границу или крупные покупки. Но если вдруг «актуальность» потребует — механизм уже отлажен.
Не военное положение, а «мирное военное время». Живёшь как обычно, но с ощущением, что за тобой всегда наблюдает «релевантность».
Политические последствия.
Формально военного положения в стране нет и никогда не вводили. Но пакет «военных» законов создал параллельную реальность, где права можно ограничивать «в интересах безопасности». Клишас, по сути, сказал: мы не собираемся всё отменять одним махом. Будем смотреть по обстоятельствам.
Политологи (те, что ещё не в реестре иноагентов) называют это «нормализацией чрезвычайщины». Власть получает инструмент, который можно держать в рукаве десятилетиями. «Актуальность» — понятие растяжимое. Сегодня — СВО, завтра — «гибридные угрозы», послезавтра — «необходимость укрепления обороноспособности». И каждый раз — те же статьи, те же реестры, те же ограничения.
Перейдёт ли Россия к «вечному» военному праву? Нет, потому что формально это будет выглядеть как обычное законодательство. Да, потому что по духу — именно так. Как в том стендапе: «Мы не в войне, мы просто постоянно готовимся к ней».
Что думают юристы?
Опрошенные независимые эксперты (а их голоса сейчас слышны реже) в один голос отмечают: заявление Клишаса юридически безупречно. Парламент имеет право принимать и отменять законы. Но вот в чём подвох. Конституция (статья 55) позволяет ограничивать права только федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо. Критерий «актуальность» — это чистая субъективная оценка власти. Кто будет судьёй «полезности»? Тот же парламент, те же силовики.
Некоторые конституционалисты напоминают: похожие нормы после прошлых кризисов (Чечня, пандемия) иногда оставались навсегда. Другие юристы, ближе к власти, хвалят прагматизм: «Законодательство должно быть гибким». Общего хора нет — слишком свежая тема. Но общий настрой среди независимых: это не разовая акция, а стратегия на долгосрочную перспективу. И да, риски для прав человека здесь очевидны.
Сохранятся ли ограничения на митинги и протесты?
Скорее всего, да. И не потому, что Клишас так сказал, а потому, что механизм уже отлажен. Статья 20.2 КоАП, «ковидные» ограничения (которые чудесным образом переживают пандемию), плюс статьи о дискредитации — всё это делает любой несогласованный митинг рискованным предприятием. Даже если СВО закончится, «актуальность» общественной безопасности никто не отменял.
Вспомните: отказы в согласовании акций часто мотивируют именно «эпидемиологической обстановкой» или «безопасностью». Теперь добавьте «военные» статьи — и вот вам готовая формула: любое массовое выражение недовольства можно квалифицировать как «дискредитацию» или «фейк». Отменят ли это? Если норма «полезная» — зачем?
Заявление Клишаса — это не случайная оговорка и не утечка.
Это сигнал. Сигнал о том, что переход от «военного времени» к «мирному» будет не резким, а очень плавным и избирательным. Некоторые ограничения действительно могут снять — те, которые уже всем очевидно мешают (например, часть валютных или импортных запретов). А вот те, что касаются информации, армии и «внутренней стабильности», скорее всего, останутся. Потому что они теперь признаны «полезными».
Мы уже привыкли жить в режиме «всё временно, но надолго». Теперь нам официально предлагают привыкнуть к тому, что некоторые «военные» законы станут просто законами. Без кавычек.
Список материалов для статьи.
- Первоисточник: полное интервью Андрея Клишаса РБК «Клишас оценил сроки отмены «законов военного времени»» Ссылка: https://www.rbc.ru/politics/31/03/2026/69c26f149a794740483405af
- «Коммерсантъ»: подробный разбор с перечислением конкретных «военных» законов «Клишас: некоторые «законы военного времени» могут остаться на годы» Ссылка: https://www.kommersant.ru/doc/8551727
- The Moscow Times (независимый взгляд): «В Совфеде призвали россиян готовиться годами жить с ограничениями и репрессивными законами» Ссылка: https://ru.themoscowtimes.com/2026/03/31/v-sovfede-prizvali-rossiyan-gotovitsya-zhit-s-ogranicheniyami-i-repressivnimi-zakonami-godi-posle-zaversheniya-voini-a191284
- «Известия»: официальная позиция и контекст «В СФ допустили отмену некоторых ограничений после завершения СВО при потере актуальности» Ссылка: https://iz.ru/2069595/v-sovfede-dopustili-otmenu-zakonov-voennogo-vremeni-pri-potere-izi
- Экспертный комментарий и анализ (Expert.ru) «Андрей Клишас допустил отмену ряда ограничений после завершения спецоперации» Ссылка: https://expert.ru/news/andrey-klishas-dopustil-otmenu-ryada-ogranicheniy-posle-zaversheniya-spetsoperatsii/
Последние новости.
Отзывов пока нет.